Навигация


RSS:



Тема: Валерий Кириченко

Товарищи

Добавлена: 2013-08-01, Автор: Валерий Кириченко,Просм: 808

Пламенная речь в начале учебного года Рядом будущий ГК ВВС Михайлов В. С.Конечно, у каждого своя стезя, летный состав на руководящих постах, преподавательский исключительно в своей среде. Было у меня на кафедре два старших преподавателя – Засорин и Колюбаев, подполковники, страстно мечтающие о полковничьих погонах, но условие не простое: надо быть кандидатом наук или хотя бы работать над диссертацией. Даю им отмашку и они, очертя голову, летят в Москву и представляют мне документы о прикреплении в качестве соискателей: один в Академии им. Жуковского, другой в Военно – политической! Скрепя сердце, пишу представления на звания, и они–таки получают по третьей звезде.

Освободилась должность заместителя начальника Учебно-летного отдела (УЛО), мы очень рассчитывали на его толкового помощника из преподавателей, досконально знающего тонкости учебного процесса. Но, увы, полковником стал кадровик училища Ковалев, он ведь когда-то окончил школу стрелков радистов и даже полетал немного на Ил–28 в задней кабине. И получил полковника, без кандидатской и часа преподавания. Слава Богу не мешал нашей преподавательской и методической работе.

Юбилейные награды шли своим чередом, их хватало на всех, а вот что посерьезнее, решалось командованием, или кулуарно. Так вызывает нас, начальников кафедр, демократичный начальник УЛО, полковник Сафонов: нам выделили два ордена Красной Звезды и несколько медалей, давайте делить. Первый орден полковнику Герасеву, все же он бывший боевой летчик, второй – полковнику Ковалеву! О, да, он же зам начальника УЛО!

Товарищи

Это дорогие мне до сих пор: Саша Копейкин, Володя Углин, Эдик Кокотек, начальник кафедры иностранных языков Буянов. Копейкин был незаурядным человеком, хорошим летчиком, мастером на все руки, видным уфологом – имел связи и в Воронеже, и в Москве. Отпуска он проводил в гараже в буквальном смысле, ночевал там, а жена или сыновья носили ему обеды. Соорудил колесный трактор из подсобных, бросовых деталей, опробовал и отправил отцу в кубанскую станицу. Восстановил брошенный кем – то, старинный, еще круглый «Москвич», причем дырявую обшивку не клеил эпоксидкой, а паял громадным паяльником! А как трогательно питалась у него на ладони крохотная мышка, с которой они подружились в гараже! Володя тоже увлекался НЛО, с Сашей и группой энтузиастов из Воронежа, с кучей диковинных приборов, провели они отпуск в предгорьях Кавказа, пытаясь законтачить с инопланетянами, или хотя бы отловить снежного человека.

Принял и я некоторое участие в этих экспериментах, вышел на балкон покурить вечерком, и заметил высоко в небе яркую, светящуюся точку. Звезд еще не было, а она одиноко и неподвижно висела на большой высоте. Даже в трубу «Турист–2» я ничего не рассмотрел, звоню Володе, и он в мыле тащит солидный школьный телескоп. Наконец, мы рассмотрели кишку высотного аэростата, сверкающую в лучах закатного солнца. Володя так расстроился, что сил тащить домой телескоп уже не было, и он оставил его моему сыну для дальнейших наблюдений. На нем я закрепил свою трубу для грубой наводки, сын ночи просиживал напролет, изучая звездное небо, заразился астрономией и поступил в Академию им. Можайского. Спасибо тебе, Володенька.

А Саша Буянов в молодости потерял по локоть обе руки, но он смог закончить институт иностранных языков, аспирантуру и возглавил кафедру иностранных языков в училище. Был прекрасно начитан, и мы долгие вечера проводили в задушевных беседах.

После увольнения в запас Копейкин отправился на свою малую родину, под Краснодар, организовал в агрофирме легкую эскадрилью на мотодельтапланах для обработки посевов, прилетал ко мне в Воронеж, с горящими глазами в поисках двигателей для своего нового самолета. Сейчас он уже возглавляет эту агрофирму!

Володя обосновался с мамой в Ростове. Буянов оставил научную деятельность, хотя уже работал над докторской, живет в Калининграде, возглавляет какой –то религиозный приход. Иногда бывает у меня в Петербурге, реставрируя свои протезы.

Операция «Нептун»

Как-то подзавел я ребят подводной охотой, они не то чтобы увлеклись, но размечтались об аквалангах. Надо знать Копейкина, он раскопал в Звездном городке списанные акваланги, гидрокостюмы и даже водолазное белье. Все это добро хранилось при бассейне для подготовки космонавтов, а так как вода хлорировалась, то списывали акваланги часто. Естественно, вся бумажная работа на мне: сочиняю на имя Главкома ВМФ слезное письмо: что для улучшения подготовки пилотов, тренировки вестибулярного аппарата, при училище создана секция подводного плавания, а там –то и там есть ненужное вам и т.д. Дело в том, что деятельность бассейна курировал техотдел ВМФ. Подписывает наше письмо начальник училища, начфиз, еду в Москву в морской штаб – бумаги в порядке. Гоним в Звездный на двух Камазах, проникаем в заветные закрома. Старший там капитан вечно в бегах, за него старший прапорщик, по цвету носа которого мы сразу определили тактику действий. Саша достал плоскую, как журнал, флягу спирта из авиационного НАЗА, завел душевный разговор, а я как специалист начал отбор и погрузку оборудования.

Выбрал лучшие акваланги, целехонькие сухие и мокрые гидрокостюмы, неношеное водолазное белье из верблюжьей шерсти, даже грузила и ремни. И все это в количестве, вдвое превышающем оговоренное, в добавок погрузили гигантский компрессор для зарядки аквалангов и такой же фильтр к нему, как  раз на один Камаз. Второй забит аквалангами и всем остальным. Уже «никакой» прапорщик, в обнимку с подаренной флягой, молча все подписал и мы растаяли в ночи, утром уже были в родном Борисоглебске. Я не зря брал с запасом, начальник училища, его замы, взяли зачем –то по два акваланга, налегали на шерстяное белье, хорошо, что мы по дороге отобрали лично себе, что душе угодно!

Так что не сбылись наши грандиозные планы, снаряжение разошлось по начальникам и знакомым, и только громадные компрессор и фильтр у кафедры аэродинамики еще долго напоминали о былом.

Я заполучил мокрый гидрокостюм какого– то космонавта, отдельно куртка, брюки, шлем и сапожки, все из микропористой резины, очень удобно: тепло –  плаваешь в курточке, похолодало – одеваешь весь комплект, совсем холодно–водолазное белье и сухой гидрокостюм «Садко». Собрал я и чудесный акваланг: баллоны от шлангового аппарата, маленькие, литровые, но на целых 250 атмосфер против 150 обычных, легочный аппарат взял от акваланга «Украина», крепится прямо на загубник. Получилась компактная и удобная система, по запасу воздуха превышающая обычные акваланги. Съездили в Воронеж, и получили вожделенные удостоверения подводников. Только раз погрузился я со своим детищем, но жалко стрелять беззащитную рыбу: спокойненько себе плывешь, увидел – убил, как грибы собираешь, нет спортивного азарта борьбы на равных условиях.

Какая судьба постигла остальное снаряжение, мне не ведомо, видел только, как костюм «Садко» лопнул у Эдика Кокотека вдоль объемистого живота. Оказывается, он хранил его в сыром погребе!

Очень полезная командировка

Лето, полеты, отпуска, делать совершенно нечего и я подал идею: отправить начальников ведущих кафедр для изучения новой техники. Сложился неплохой коллектив, опять три мушкетера; я – все оборудование, Кокотек – аэродинамика, Юра Кочегаров – штурманские интересы. Дело в том, что в училище необходимо было подготовить отделение пилотов на вертикально взлетающие самолеты Як–38.

Едем в Николаев, в учебный центр, изучаем теорию, для меня ничего нового нет, поразила система спасения пилота, при отклонении самолета по угловым скоростям или углам тангажа и крена более допустимых значений, руки и ноги его автоматически убирались и фиксировались, а катапульта делала свое дело. Систему установили, когда несколько испытателей погибло при посадке на авианесущий корабль, побывали и мы на таком корабле.

У мудрого Кокотека всегда находилось несколько адресов родителей курсантов, или наших выпускников, куда бы он ни ехал. Пригласила нас в гости мама одного курсанта, веселая, чернобровая хохлушка, выставила тазик вареников с вишнями, вечер получился потрясающим. Эдик с Юрой надорвали животы от хохота, когда мы с ней перешли на чисто украинский язык.

А рядом, всего в сотне километров, в райцентре, жила моя мама, как же быть рядом и не заглянуть! Наша троица отправляется к одинокой старушке, наводим порядок в запущенном хозяйстве. Юрик роет глубоченную яму и мы с ним сооружаем добротный туалет, даже с креслом, я чищу глубокий погреб, а Эдик все это время интеллигентно болеет, обеспокоенная мама хлопочет над ним. Заглядывает мой дядя, дед Никита, поражается нашей деятельностью, что–то соображает и просит нас помочь привезти с базы несколько столбиков. Так откажешь подмогу немощной родне. На следующий день поехали на грузовичке, «стовбчыкы» оказались бетонными, килограммов по 150, изодрали все руки и тела, пока погрузили. Привезли, свалили для нового, бетонного же забора, а дед в это время под куполом виноградных лоз накрыл стол. Я увидел трехлитровую банку чистейшего самогона и содрогнулся, шепчу ему: «Это же три кандидата наук, три начальника кафедр, три подполковника. Что тыконьячку то не купил?». И слышу в ответ: «Та цэ краще, той коняк у нас жэ не бэруть». И действительно краше, самогоночка без запаха, с какой то травкой, и кисти винограда над головой!

Перелетаем в Саки, на базовый аэродром «Яков», на практику. Вечером Эдик исчезает и вскоре возвращается с парой молодых пилотов, опять c трехлитровой банкой, на этот раз «шпаги», мягкий спиртовой раствор для охлаждения чего–то в самолете. Дополняет все огромный кулек домашних яиц ... Летчики боготворят самолет, хотя до этого летали на стремительных МиГах, возможность останавливаться в воздухе, садиться и взлетать без разбега буквально завораживает. Но это эмоции, самолет хиленький, радиус полета куцый, ой, как далеко ему до английского «Харриера»! В наших широтах он еще сносно летал, а ближе к экватору оторваться от палубы уже не мог и только прожигал ее металлические плиты.

Сходили на аэродром, посмотрели полеты, осмотрели гигантский трамплин с изменяемым углом наклона, отрабатывался вариант старта нормальных самолетов с кораблей.

Сходили в кафе с танцами, изумлению не было предела, в Саках огромный пансионат для лечения грязями от бесплодия всесоюзного значения, с самых дальних окраин стремятся сюда женщины с надеждой, многие даже остаются на мизерных должностях. Только мы присели, как рядом появились три симпатичных дамы и завертелись танцы, стихи и беседы по душам. Мы с Эдиком женатики-пуритане и убираемся в гостиницу, а Юра где-то, за что-то зацепился и пропадал три дня. Мы не беспокоились и не осуждали его, с женой, сердечницей, с двумя клапанами у него уже несколько лет ничего не было, а тут, может быть, и женщине поможет. И мы оказались правы, Юра три дня не вылезал со съемной квартиры, пил холодное молодое вино из погреба и усердно трудился на благородном и благодарном поприще!

Задачи командировки полностью выполнены и, даже, перевыполнены, но в запасе еще неделя. В Саках скучно, море мелкое, грязноватое, да и ходить далеко. Я же люблю перемены, милые авантюры и здоровый образ жизни – предлагаю друзьям рвануть на полуостров Тарханкут, там скалы, самая прозрачная в Черном море вода, там снимались подводные сцены фильма «Человек амфибия»! Молодцы ребята, без колебаний приняли этот фантастический проект – ведь надо пересечь весь Крымский полуостров. Запасаемся гостиничными одеялами, немудреными харчами, поездом, автобусами добираемся до конечного пункта Оленевка, далее только пехом.

Уборочная страда, в магазинчике только жалкий аналог Шампанского – шипучка «Искра», да это и к лучшему. Бредем по знойной степи, обливаясь потом, догоняет нас неказистый «Запорожец» и молодой молдаванин предлагает совершенно безвозмездно подвезти, были же времена! Мы на месте, ребята  собирают траву, перекати поле на костер, а я уже под водой, трубка, ласты и ружье всегда со мной. Чудные там подводные скалы, гроты, обрывы, когда сердце замирает, как при прыжке с парашютом! Стреляю приличную кефаль, ловлю солидного краба, все это мы варим в большой консервной банке. Какой же чудесный, дивный получился вечер, высыпали яркие южные звезды, взошла изумительная луна. Ароматная крабо–рыбная уха, слегка пьянящая шипучка – не забывается такое никогда!

Где ночевать? Непростой вопрос, внизу есть тихие нишы, но голые камни, на верху голая степь, ветерок, а уже конец августа, палатки у нас нет. Находим крохотную балочку, стелим травку, как индейцы, заворачиваемся в свои одеяла и плотно прижимаемся друг к другу. Ночью переворачиваемся все сразу, как по команде. Утром на прощание искупались, и уже нудный дождичек провожал нас домой. Чудная получилась у нас командировка, можно ли еще мечтать о подобной!

И еще немного о рыбалке

По приезде в Борисоглебск, сунулся я в Хопер, Ворону – мутная водица, то ли год такой, то ли дожди прошли в верховьях, но я решил, что это навсегда, и в свободное время занялся рыбалкой, благо прудов и рек в округе предостаточно. Купил подержанный мотороллер «Электрон», довел его до ума. Хорошее средство передвижения: сидишь не верхом, а как на мягкой табуреточке, мощный щиток защищает от грязи, широкие шины обеспечивают устойчивость и проходимость, движок с вентилятором не боится перегрева.

Соорудил уникальные удочки с автоподсекателями. Язь, голавль, сазан – очень осторожные рыбы, не любят  людей на берегу. Забрасываю удочки и хоронюсь от зноя в тени или собираю вишню в заброшенном хуторе, щелчок, треск катушки, не спеша поспешаю, мощная спиральная пружина гасит рывки рыбины, ни одного схода с автоматов не было. Познакомился с замечательным рыбаком, токарем и человеком Володей Бобровым. И вот какие приключения случались у нас с ним на этом поприще.

Жуткий анекдот

Поехали двое на рыбалку с ночевкой. Отсидели вечернюю зорьку, развели костерок, сели перекусить. Нашлась и заветная бутылочка, за разговорами время летит незаметно, уже стемнело. Достали вторую, перед рыбалкой не договорились, кто берет, вот и привезли оба, не везти же обратно. На природе, да под «это» дело разыгрался аппетит – кончилась закуска. Тут один и вспоминает, что приберег наутро баночку плова с изюмом, любовно приготовленного женой. Нашарил в рюкзаке, и они, прихваливая, прикончили и это, завалились спать.

А поутру! Не дай Бог кому пережить такое: когда вместо банки с дефицитнейшим опарышем, обнаружилась нетронутая банка с замечательным пловом!

Карп на голом крючке

Ловлю на донку с амортизатором, на «резинку». Далеко забрасываю груз и леска с тихим шорохом уходит с катушки под воду, крючки еще не насажены. Но пора уже и остановиться, обычно это метров 40–50, а она все течет и течет, фантастика какая-то. Беру леску в руку и ощущаю упругую силу живой рыбы, начинаю выводить. К моему изумлению это оказывается карп полутора килограммов, крючок попал ему в правую ноздрю. Ну, какая тут теория вероятности вычислит процент такого случая! В тот день я больше ничего не поймал.

Хорош автомат, да сам не плошай

С вечера напарил душистого гороха, приготовил снасти на карпа – «автоматы» конструкции моего соседа Боброва. Внутри катушки мощная спиральная пружина, во взведенном состоянии стопорится чувствительным сторожком с леской. При потяжке сторожок освобождает катушку, пружина резко сообщает ей несколько оборотов, выбирается около метра лески. Рыба подсекается, и все ее рывки гасятся той же пружиной. После работы бросаю рюкзак на багажник, вскакиваю на мотороллер «Электрон» и пилю на дальний, глухой пруд километров за 70.

Наконец, добрался, быстро разматываю снасти, хватаюсь за насадку о, черт! Забыл дома! Хоть волком вой! Хорошо, что по пути все примечаю, вспомнил, что где–то проезжал поле цветущего гороха. Возвращаюсь, набираю зеленых стручков, развожу костерок, и в консервной банке запариваю еще мягкие горошины. Насадка получилась лучше прежней – нежная, душистая, свежайшая, ну прямо с огорода.

Настраиваю три автомата и ухожу с берега в созревающую пшеницу. Стрекочут кузнечики, перекликаются перепела, голову кружит запах поспевающих хлебов. Минут через двадцать слышу характерный щелчок и треск вращающейся катушки. Сработало!

Бегу на берег и вижу, как леска далеко уходит в воду, дугой гнется гибкий штырь с катушкой. Пробую выбрать леску – куда там, не сдвинешь! Оставляю попытки, сажусь перекурить от волнения, снасть надежная, выдержит, пусть рыбина утомится.

Два-три раза подводил я могучего карпа килограммов на 5–6 к берегу и отпускал, не рискуя оборвать поводок. Наконец-то он несколько поутих и позволил подвести себя к самому обрезу воды. А что дальше? Дуром его на сушу не попрешь, не выдержит ни леска, ни крючки, лезть в воду и брать «за зябры» опасно, еще два поводка с крючками: так засадит, что вырезать придется под наркозом. Начинаю заводить подсак, но он явно маловат для такого красавца, войдет разве что голова. С нее и начинаю, при первом же прикосновении следует мощный рывок, леска жалобно тенькает и безжизненно повисает в руке, что же я подводное ружье то не прихватил! Устало сажусь на берегу, сердце бухает в груди, руки дрожат от пережитого. Немного горечи утраты сменяется тихой радостью за сильную, красивую и свободную рыбу, одержавшую победу в этом поединке.

Вот так! Автомат подсек, удержал, утомил такую рыбину, а я, неумеха, не смог ее вынуть из воды!

На крючке – летучая мышь

Уже почти стемнело, и я выбираю из воды свою «резинку», вот уже и крючки заболтались над водой. Вдруг удар, леску затрясло, что-то черное и большое затрепыхалось на поводке. Подтягиваю поближе – ба, да это летучая мышь! Верещит, скалит мелкие зубки, не знаю, как и подступиться. С превеликим трудом освобождаю ее крылышко и выпускаю на свободу. То ли локатор ее подвел, и она не заметила препятствия, то ли приняла болтающийся крючок с червем за насекомое, но, что было, то было.

Лису – на блесну

Рыбачим с Бобровым на реке. Он «обстреливает» речные плесы спиннингом, сплавляясь на лодке, я «работаю» c берега. Излучина реки, на косогоре одинокое, развесистое дерево, а под ним, представьте себе, лежит на боку прекрасная лиса! Хитра же бестия! Притворилась мертвой и ждет любопытных ворон. Леска у меня прочная, ставлю самую тяжелую блесну, с самым большим тройным крючком и начинаю подкрадываться. С первого же заброса подсекаю рыжую и тяну к себе, но, увы, она действительно – труп. Но еще гибкий, околела, очевидно, под утро. Съела, наверное, что–то. Забрасываю добычу на плечо и иду к берегу, как раз и Володя причаливает. Нижняя челюсть его мягко шлепается на дно лодки, он что–то мычит, руки у него явно не подчиняются командам мозга. Разделывать лис нам не приходилось, время уже позднее, решительно отсекаю роскошный хвост, и коварная хищница мгновенно превращается в безобидного зайца.

Вечером преподношу пушистый хвост Володиной жене, Вале, роскошный подарок, оказался очень кстати к ее лисьей шапке. Повертевшись у зеркала, она устремляет на меня огромные глазищи: «И это все? А где остальное? Так, Бобров, завтра берешь отгул и привозишь мне воротник!». Но назавтра разразилось длительное ненастье, и Валя до сих пор ходит без лисьего воротника.

Женское коварство

Я ее поймала-а-а-а !!!Выехали после работы к реке немного отдохнуть. Вожусь у машины, а жена взяла спиннинг и пошла к воде, неумело, из–за спины шлепнула блесну у берега, раз, другой, я улыбнулся и занялся своим делом. Вдруг визг, вопли – «Поймала, поймала!», бегу на помощь. Она стоит далеко на берегу, держит спиннинг в натяг, а на прибрежном песке ворочается приличная щука с блесной в пасти.

Сидевший на другом берегу старый язятник громко выматерился и начал с досадой сматывать удочки. Сидел, наверное, еще с ночи, весь облепленный комарами и мошкой, не видел ни одной поклевки. А тут баба за пять минут волоком вытащила щучину у самого берега!

У знакомого жена была заядлой рыбачкой, а если уж женщина этим займется, то непременно обловит. Как–то рыбачили зимой. Она таскает приличных окуней, а мы  рядом ничего.

Присмотрелся ближе, а она при каждом взмахе удильником делает еще и изящное, волнообразное движение бедрами, заметное даже в зимней одежде. Может в этом дело? Попробовал–не получилось. Подсматриваю дальше, а она, коварная, поймав самочку окуня, выдавливает из нее икру в лунку. В стоячей воде икра плавно опускается на дно, привлекая шустрых самцов. И она же однажды повергла в изумление местных рыбаков!

Заскочил они с мужем вечером на яму при слиянии Хопра и Вороны. Народу невидимо, пошел судак, у всех по нескольку удочек, но никто его еще не видел! Опускает она блесну в старую лунку, делает несколько взмахов и зовет мужа на помощь. С трудом вытаскивают они трехкилограммового судачину. Какие мысли пробудило это событие в головах окоченевших рыбаков, предположить нетрудно.

Подсветка

В одном пруду обосновался очень крупный карась, 400–600 гр., но ужасный привереда. Решили мы его брать ночью, используя ноу-хау Володи Боброва. Он достал где-то тончайший электропровод в изоляции, очень прочный, и использовал его вместо лески. А у каждого крючка поместил миниатюрную, со спичечную головку, лампочку. Сняли с мотоцикла аккумулятор, и Бобров всю ночь передавал под воду световую морзянку. Улов не превзошел наши ожидания, но на работу мы опоздали. Аккумулятор сел до нуля, и тяжелый мотоцикл мы смогли запустить только с помощью подошедших утром рыбаков.

Предыдущая | | Следующая


Комментарии к этой страничке


Комментарий добавил(а): Лев Худой LevHudoi@gmail.com
Дата: 2014-03-03

Здравствуйте! Вы сейчас контактируете с Копейкиным?


Добавить Ваш комментарий:










О себе

Это я!Камиль Шахмирзаев
Возраст: 63
Видное,
Карта сайта


ТЕМЫ


ЗАМЕТКИ


ДРУЗЬЯ


ЗАКАЗ НА ДОМ
Самостоятельно
Быстро



Мудрые слова